Терра Инкогнита (121 – 124й фрагменты)

Фрагмент 21 (121), июнь 1998

     И насадил Господь Бог рай в Эдеме на Востоке,     И поместил там человека, которого создал.     (Библия, Бытие, гл.2)

     Пьеро закрыл глаза, он страдал. Движущаяся железная лента уносила его в глубь подземелья сквозь трубу. Возникло чувство, словно его тянут очень быстро через какое-то темное пространство. Пьеро двигался вниз, вниз, вниз.

     Где бы ему хотелось сейчас оказаться? Нет ответа. Возможно, в раю. Древние считали, что Эдем – это созданный богом Сад Наслаждений, где растет дерево познания Добра и Зла. В 306 году до н.э. поселившийся в Афинах Эпикур купил сад у Дипилонских ворот и пользовался им для проведения философских занятий. Надпись на входе Сада Эпикура гласила: “Странник, здесь тебе будет хорошо, здесь высшее богонаслаждение”. Многообещающая реклама, словно бальзам на душу. Чему же учил Эпикур?

     Душевному миру, жизни в укромном райском уголке, в тесном дружеском кругу, неучастию в государственной деятельности, отказу от показной роскоши. Учил этике, учению о достижении человеком счастья, душевного рая, некогда им покинутого. Рай – местожительство богов, мир блаженства и радости. Отсюда всякое горе и всякое зло исключены. Здесь, в пространстве между мирами, живут боги, бессмертные и счастливые, не заботясь о мире и людях. Счастье не в погоне за наслаждениями, а в свободе от страдания. Глупо просить у богов то, что человек способен сам себе дать. Эпикур считал, что познание природы есть не самоцель, оно освобождает от страха суеверий и от боязни смерти. Нельзя жить приятно, не живя разумно, нравственно и справедливо, и наоборот, нельзя жить разумно, нравственно и справедливо, не живя приятно.

 

Фрагмент 22 (122), июнь 1998

     Девчонки и мальчишки, дорогие односельчане и односельчанки поселка городского типа С.-Петербурга, продолжим сказку. Она не про деда и коляску. Она написана по мотивам египетской Книги Дверей, со слов Пьеро, и имя ей “Выход на свет дня”.

     Выхода нет – поет “Сплин”.     Но двери неба обязательно раскроются и больше не будут мешать моему шагу.     Скоро выход на Садовую.     Откиньте засовы, замуровали демоны.     Дайте выйти, хочу пива с раками. Несомненно, что невидимые руки,     Охранявшие меня на Земле, ведущие мои шаги,     От меня удалились. Круто!     Я имею полную власть над всем, что могло быть приказано     Мне как на Земле, так и в мире подземном.     О, Вы, работники метрополитена,     Произнесли ли передо мной такие Вы слова:     Пусть участвует он в Вечной Жизни.     Жить я буду хорошо, под ветвями прекрасных деревьев.     Сидя и стоя вдохну с бодуна животворящее Дуновение Воздуха.     Несомненно, уста мои и язык, вот мои провожатые.     Выход есть всегда.

     В вагоне душно, Пьеро словно перестал дышать. Туннель, труба, пустота. В окне мелькают огни и тени подземелья. Пьеро почти потерял после пьянки сознание, во рту сухо. Опьяненный жизнью он не заметил, как наступило завтра.

     Висит на ниточке Пьеро, безумный и смешной,     Все это было бы старо, коль не было со мной.     Ведь это я который год сменить не в силах путь,     А время – кукловод, ведет меня вперед и не дает уснуть, отдохнуть.

     Пьеро почудилась движущаяся тень улыбающегося длинноволосого человека. Мираж? Нет. Фигура приблизилась.

     - Что, дружок, похмелье? Моя фамилия Буратино, хочешь приколоться, и сразу полегчает?

     “Шутник” – подумал Пьеро, но незнакомец не унимался. Он рассказал анекдот про Карабаса, и страдальца действительно отпустило.

Статистика

Кнопки

Follow on Buzz